Книжный вор

Моя следующая книга "Книжный вор".

Моя коллега по работе сходила недавно на экранизацию этой книги. Ей понравилось, а ей мало что нравится из современных произведений кинематографа. Так что приступим...
Интересное повествование от лица смерти, рассуждения о цвете. Истории о детях всегда затрагивают в душе самые тонкие нити.
"Мне этого никогда не узнать и не понять до конца: на что способны люди." - и эта фраза из уст рассказчика заставляет оторваться от книги ( ну и что, что это самое начало), потому что она слишком тревожная, слишком близка, особенно если рассматривать ее в контексте бабушкиных рассказов о войне.
Рассказ о немецкой девочке, отца она своего не видела, но знала, что он коммунист, за что их семья при нацисткой власти подвергается гонениям. Мама отдает ее в другую семью, где за ней будут лучше смотреть.
"Не-покидание — проявление доверия и любви, часто распознаваемое детьми."
Я не сразу привыкаю к стилю этой книги, но за многие мысли и фразы я уже полюбила это произведение.
"Поцарапанные, но все же блестящие черные бока аккордеона ходили туда-сюда, когда Папины руки сжимали пыльные меха, заставляя их всасывать воздух и выталкивать его обратно. В такие утра на кухне Папа давал аккордеону жизнь. По-моему, если как следует задуматься, эти слова имеют смысл.

Как мы определяем, живое ли перед нами?

Смотрим, дышит ли."
Читаю и улыбаюсь, как странно, что о детях в бедных семьях можно писать с таким тонким юмором. Девочка привыкает к новым родителям, с Папой у них устанавливаются очень доверительные и дружеские отношения. Он учит ее читать и дарит ей музыку. Она находит новых друзей в новом городке, но по ночам ей все еще снятся кошмары о прошлой жизни.
  Смерть приводит статистические цифры про немцев, рассуждает о прошлом и будущем нашей героини. Все это несколько необычно. А еще девочка присваивает "ворует" книги. Они служат ей напоминанием. Первая книга напоминание о брате и матери, которых она потеряла.
А вокруг  1939 год, а вокруг люди, которые верят и почитают Гитлера, а среди них живет маленькая девочка, которая любит книги...
"По-моему, людям нравится немного полюбоваться разрушением. Песочные замки, карточные домики — с этого и начинают. Великое умение человека — его способность к росту." Вокруг происходит разрушение мирной жизни, есть те, которые за Партию и против... Все это мы проходили.
Шутки про немцев, вызывают улыбку, но не счастливую. Ты задумываешься о том, что наши тоже шутили над ними на войне. Даже в таких условиях человек умеет шутить. Например, рассказчик удивляется жесту нацистов, которыми они приветствовали друг друга. " Знаете, вот мне интересно: ведь со всем этим кто-нибудь мог лишиться глаза, повредить палец или руку. Всего-то и надо — в неудачный момент обернуться лицом не в ту сторону или стоять чуточку ближе, чем нужно, к другому человеку. Наверное, кого-то и ранило так. От себя могу сказать вам, что никто от этого не погиб — по крайней мере физически." Иногда мне кажется повествование затянутым, иногда слишком простым и детским... Я бы не назвала эту книгу шедевром литературы, но само построение сюжета, стиль заслуживают внимания.
Некоторые моменты потрясающие. Например, маленький еврейский мальчик сравнивает смерть с капитуляцией. И ему это не нравится...

"А где же драка? — недоумевал он.

Где воля к сопротивлению?... Когда смерть меня схватит, поклялся тогда мальчик, она почувствует у себя на роже мой кулак."
Иногда книга  захватывает тебя, ты  вживаешься в нее... Ты видишь этот бедный дом, подвал, книги, чувствуешь вкус горохового супа, запах краски в подвале, слышишь шуршание страниц книги, которую читает девочка, ощущаешь страх за всю семью...

"— Небо сегодня синее, Макс, и на нем большое длинное облако, оно растянуто, как веревка. А на конце у него — солнце, как желтая дырка…" Сижу, улыбаюсь...
Потом уже не до улыбок. Смерть рассказывает, как трудно и много ей (ему) пришлось работать с 41 по 46 годы.

"Они не сказали друг другу «Привет».

Скорее, столкнулись зазубренными краями." - как это прекрасно...
Чем ближе к финалу, тем я больше погружаюсь в слова: в описания погоды, в описания войны, в описание простых людей, которым не понятна ненависть к евреям, ярый национализм. Им не понятно, почему с неба летят бомбы, и когда вернуться мужчины с войны.
В конце я прослезилась, а это бывает нечасто. Хорошая книга о многом.
 "Меня обуревают люди."

Январь 1939 года. Германия. Страна, затаившая дыхание. Никогда еще у смерти не было столько работы. А будет еще больше. Мать везет девятилетнюю Лизель Мемингер и ее младшего брата к приемным родителям под Мюнхен, потому что их отца больше нет — его унесло дыханием чужого и странного слова «коммунист», и в глазах матери девочка видит страх перед такой же судьбой. В дороге смерть навещает мальчика и впервые замечает Лизель. Так девочка оказывается на Химмельштрассе — Небесной улице. Кто бы ни придумал это название, у него имелось здоровое чувство юмора. Не то чтобы там была сущая преисподняя. Нет. Но и никак не рай. «Книжный вор» — недлинная история, в которой, среди прочего, говорится: об одной девочке; о разных словах; об аккордеонисте; о разных фанатичных немцах; о еврейском драчуне; и о множестве краж. Это книга о силе слов и способности книг вскармливать душу.